Новости из мусульманских республик

Номан Челебиджихан. Жизнь и смерть татарского лидера

23.08.2019
Номан Челебиджихан. Жизнь и смерть татарского лидера

«Уважаемые делегаты! После полутора веков русского угнетения наша политическая история сегодня начинается снова. Крымский Меджлис собрался сегодня в этом большом зале для обновления татарских национальных традиций, которые были разрушены российской тиранией.

.

Сегодня татарская нация рождается снова. Глубокие раны, нанесенные татарской общественной жизни российским абсолютизмом, угнетением и тиранией до ХХ века, продолжают кровоточить.

.

Под священным знаменем революции, которая началась 27 февраля 1917 года, чтобы дать равенство людям, новую жизнь народам России – справедливость, вся [наша] нация декларирует право на самоуправление».

.

Так 28 ноября 1917 года начал свою речь перед делегатами первого Курултая крымских татар известный общественный деятель, поэт и первый муфтий мусульман Крыма и Восточной Европы 33-летний Номан Челебиджихан. Безоговорочный лидер крымчан, автор текста их национального гимна, он одновременно был первой жертвой красного террора такого ранга, а после смерти – поруган врагами и забыт соседями. Поле многих лет его имя возвращается к нам, чтобы быть вписанным в славную историю народов Крыма и борьбы крымских татар за государство и демократию.

.

Засекреченное детство

.

Родился будущий крымскотатарский лидер в 1885 году (точная дата неизвестна) в селе Биюк-Сунак вблизи Джанкоя. Его малая родина разделила судьбу многих своих соседей в Степном Крыму: в сентябре 1944 года в опустевшее после депортации село заехали новые жильцы, будто в насмешку 18 мая 1948 года историческое название изменили на сомнительные Чирки, а в течение 1970-х годов село обезлюдело и исчезло с карты. Вероятно, сведения о детстве Челебиджихана потеряны навсегда.

.

В селе была своя мечеть, при ней, разумеется, имам – небедный землевладелец Ибраим Челеби – и именно у него родился мальчик Номан. Мать также происходила из хорошего рода – Джиганшаха Челеби (но они с мужем не были родственниками: «Челеби» с самого начала – это титул, который предоставлялся людям образованным и авторитетным, пока не стал частью имени). Кстати, такая ситуация привела к курьезу – в российских имперских документах Номан Челебиджихан официально именовался Челеби Челебиевым.

.

Благодаря интеллигентному происхождению Челебиджихан не имел проблем с учебой: сначала в местной школе, затем – в медресе села Акчоры (Васильевка, сейчас также не существует), затем – в средней школе Симферополя и наконец – в Зинджерлы медресе – высшем учебном заведении в Крыму и едином уцелевшем в советские времена.

.

Революция 1905 года в Российской империи оказала на мальчика большое впечатление. Еще до того, зачитываясь первой крымскотатарской газетой «Терджиман» («Переводчик»), Номан видел главную причину всех бед своего народа в необразованности. После революционного срыва, хорошо ощутимого в Крыму, он понял, что без разветвленного и масштабного политического движения на улучшение положения крымских татар надеяться бесполезно. Лево-демократическая ориентация, приобретенная Челебиджиханом в юности, никуда не исчезла и потом.

.

Его университеты

.

Но остаться на полуострове вчерашний студент не смог – отец обанкротился. В 1906 году Номан с помощью братьев отца – Абдулалима и Абу-Бекира – переехал в Стамбул, где два года прожил в районе Атбазар, учась в школах Мерджан и ВефаЛисеси.

С 1908 по 1912 год молодой Челебиджихан учился на юридическом факультете Стамбульского университета. В это время он жил в районе Карагумрюк, снимая комнату вместе с несколькими товарищами из Крыма.

Шевки Бекторе, крымскотатарский поэт и общественный деятель, вспоминал позже:

«Я с ним лично познакомился в 1908 году... Сразу было заметно, как сильно он выделялся на фоне своих товарищей своим преимуществом. Он аккуратно одевался, любил порядок. Был высоконравственным и экономным. Не курил и не пил спиртное. Не терял время зря, много читал и много работал.

.

Челебиджихан был чуть выше среднего роста, стройным и здорового телосложения... Уходя, он немного наклонял голову, не смотрел по сторонам, и вел себя очень серьезно. В манере одеваться он владел просто идеальным вкусом.

И хотя уже прошло более полувека с тех пор, он встает у меня перед глазами, словно я его видел вчера: всегда чистые, густые и иссиня-черные волосы, подстриженные на уровне затылка, сросшиеся брови, густые усы, умные, темно-каштанового цвета, горящие огнем глаза, которые вселяют веру в себя, – таким был этот человек.

.

Он носил модный тогда среди учащейся молодежи пиджак, покроя типа редингота, из черной шерстяной ткани, жилет, с карманом для часов, и очень модные черные брюки в белую полоску. Вместо рубашки он носил накрахмаленную манишку со стоячим белым воротником и манжетами, а на шее он завязывал с особым вкусом большой галстук в виде бабочки из черного шелка с галунами, 20 сантиметров шириной. Этот оригинальный галстук привлекал внимание окружающих. Заинтересованные ним крымские девушки шутили: «дует ветерок, а бабочка, как парус...».

.

Челебиджихан всегда, когда находился в Стамбуле, носил красную феску, а приехав в Крым, надевал черную каракулевую крымскотатарскую шапку...

.

Для ведения приличного образа жизни ему приходилось тратить и свои умственные силы, и здоровье, и время, и деньги. Этот человек был очень серьезный, надежный, заслуживал доверия в жизни, терпеливо снося трудности, щедрый, трудолюбивый, терпеливый, приветливый, обладал глубоким и широким кругозором, не переносил фальши, и никогда не проявлял ее по отношению к другим».

.

Жена Шевки, Гамиде, также оставила воспоминания о нашем герое:

«Мне было шестнадцать лет, когда я впервые увидела Номана Челебиджихана в Карагумрюке... Я помню, как будто это было вчера, когда я впервые увидела его, проходившего мимо дома нашего родственника. Физически он был среднего роста и атлетического телосложения, темные волосы с небольшим усами. Он всегда ходил мощными шагами, всегда выглядел серьезным и носил огромный галстук... Он и его друзья жили в двухэтажном доме в Карагумрюци (они жили на втором этаже, на первом этаже был продуктовый магазин)... Поэтому я привыкла видеть его по крайней мере 7-8 раз в неделю. В отличие от своих друзей, он предпочитал ходить в одиночестве».

.

Годом позже вместе с товарищами Джафером Сейдаметом и Абибуллой Одабашем Номан основал несколько студенческих организаций «Ассоциация молодых татарских писателей», в которой появились его первые литературные произведения, «Общество крымскотатарской учащейся молодежи» и подпольную «Vatan» («Родина»). Члены последней организации, созданной под влиянием младотурецкого движения, поклялись работать на благо Крыма и вывода его на путь свободы, а пока печатали исторические и политические статьи, распространяя их среди многочисленной крымскотатарской диаспоры.

.

Вполне вероятно, что за «социалистическую» пропаганду во время младотурецкой революции 1908 года Номан был ненадолго заключен.

.

После завершения обучения в Стамбуле Челебиджихан вернулся в Крым, но полученное турецкое образование не могло обеспечить молодому человеку трудоустройство дома. Некоторое время в 1912 году он провел в Бахчисарае, живя в доме легендарного крымскотатарского просветителя Исмаила Гаспринского, того самого, который основал «Терждиман», играя в спектаклях местного театра и участвуя в работе Общества милосердия. Речь Челебиджихана на открытии Общества так поразила присутствующих, что один из них, Измаил-ага Дервиш, сразу же пожертвовал свой гостевой дом и кафе при нем на нужды Общества.

.

С 1913 года Номану пришлось осваивать уже российское право на юридическом факультете Санкт-Петербургского Психоневрологического института, ныне носящего имя знаменитого основателя – Владимира Бехтерева.

.

Обучение в российской столице было самым тяжелым периодом в дореволюционной жизни Номана Челебиджихана. Не имея поддержки из дома, он вынужден был каторжно работать – в частности, мостить камнем улицы, а от той работы часто болел. Годы учебы в Петербурге совпали с Первой мировой войной, и это также не слишком способствовало реализации замыслов уже тридцатилетнего крымца.

.

Иногда печальные обстоятельства заставляли Челебиджихана ненадолго возвращаться домой – так, в 1914 году он присутствовал в Бахчисарае на похоронах Гаспринского, и снова его речь о влиянии просветителя на тюркскую культуру захватила слушателей.

.

Немного апокрифически выглядит история женитьбы Челебиджихана. В лучших романтических традициях он любил неизвестную нам девушку, но не мог связать ее судьбу со своей из-за бедности. Зато друзья настойчиво рекомендовали ему жениться на дочери евпаторийского богача Сеита Абди Аджи – единственной дочерью у родителей. Такой брак автоматически завершал время нужды в жизни Номана, но именно это и было причиной его колебаний. Челебиджихан не хотел, чтобы его выбор определялся деньгами.

.

Между любовью и необходимостью

.

Но желание сосредоточиться на учебе и служении собственному народу перевесили, и, в конце концов, наш герой приехал в Евпаторию, сделал предложение, женился и вернулся в Петербург уже не бедным студентом, а состоятельным мещанином. Это было тем более важно, что империя под давлением войны разваливалась, и в столице наблюдался дефицит продовольствия.

.

Но насладиться семейной жизнью Номану не суждено было. В декабре 1916 – январе 1917 года российские войска были вынуждены прийти на помощь Румынии, чья армия была наголову разбита австро-немецкими войсками. Образовался Румынский фронт и Челебиджихан в качестве добровольца-вольноопределяющегося отбыл туда. Впрочем, грызть солдатский хлеб ему долго не пришлось – в начале марта российское самодержавие пало, поэтому Номан поспешил домой, чтобы принять непосредственное участие в желанном крымском возрождении.

.

Народный лидер и муфтий-новатор

.

2 апреля (20 марта по старому стилю, отсюда и частая путаница в датах) 1917 года на симферопольский вокзал прибыл поезд, который привез с фронта Номана Челебиджихана и его друга Сейдамета, однокашника по Стамбулу, а в последний год – еще и прапорщика российской имперской армии.

.

За пять дней в крымской столице открылось общее собрание крымскотатарских делегатов (до двух тысяч человек), на котором был избран «временный Крымско-мусульманский исполнительный комитет», широко известный как Мусисполком. Во главе этого органа крымскотатарского самоуправления, насчитывавшего 48 человек, и позже легитимизированного Временным правительством, стал Челебиджихан. Почти 80% членов Мусисполкома были разного рода социалистами, поэтому в основном они поддерживали революционные преобразования своего лидера.

.

С 18 апреля всеми делами крымских татар занимался Мусисполком. Главными задачами, которые для себя определил теперь уже официальный лидер крымчан, были: подготовка выборов в Учредительное собрание в Крыму, духовная реформа и образовательная реформа. Благодаря Челебиджихану в Симферополе были открыты женская гимназия и техникум, на базе Зынджирлы-медресе образовался Педагогический институт, краткосрочные курсы повышения квалификации и обязательные экзамены охватили всех учителей-крымцев. Начали выходить несколько крымскотатарских газет.

.

Тогда же Номана Челебиджихана впервые в истории прямым демократическим голосованием избирают на должность председателя Духовного управления – муфтия мусульман Крыма, Украины, Литвы, Польши и западной части России.

.

Среди других новаций – Челебиджихан лишил чадры крымскотатарских женщин, что, разумеется, вызвало сопротивление консервативных кругов. Борьба против современного муфтия и его «безбожия» продолжалась ровно четыре месяца. 24 июля лидер «старого» духовенства и аристократии Ибраим-ефенди Тарпи был исключен из рядов Мусисполкома. Попытка реакционеров в начале сентября создать параллельный центр влияния – Союз улемов (ученых мусульман) – была сорвана либерально настроенной молодежью.

.

Не желая зависеть от сторонников других политических ориентаций, Номан Челебиджихан летом 1917 года начал создание собственной организации – Милли Фирка (Народная партия), во главе которой стали он сам и Сейдамет. В октябре на Всекрымском татарском делегатском съезде программа партии была утверждена – начался процесс развития местных структур и преобразования Милли Фирка во влиятельную силу в Крыму.

.

По примеру украинизации полков имперской армии, Челебиджихан и сам загорелся идеей создания крымскотатарских военных формирований. В мае – июне 1917 года он обращался к военному министру и даже отправил делегацию в Петроград с просьбой перевести в Крым запасные части Крымского конного полка, но получил отказ. Тогда Челебиджихан начал самостоятельно строить солдат-крымских татар, оставшихся на полуострове, под одно командование. Так появился 1-й крымскотатарский батальон.

.

Арест и освобождение

.

В июле 1917 года в батальоне начались беспорядки, вызванные желанием командования включить его в маршевый полк и отправить на фронт. Бойцы, в свою очередь, стремились остаться и охранять дома в условиях революционного беспокойства. В середине месяца Симферопольский совет солдатских депутатов обвинил Номана в подстрекательстве солдат, а часть крымчан-традиционалистов написала на него донос в контрразведку, обвинив Челебиджихана в связях с Турцией.

.

В результате то ли 5, то ли 9 августа (23 или 27 июля по старому стилю) за Челебиждиханом пришли. Вот как он сам вспоминал события того дня:

.

«Это было около 4 часов утра. Так как я был занят писанием, дверной звонок продолжал звонить в течение почти десяти минут. Слуги были больны, поэтому я пошел к двери и спросил:

– Кто там?

– Это глава милиции, я хочу увидеть Челебиева! – сказал он.

.

– Позвольте Челебиеву подумать об этом! – сказал я, и начал обдумывать ситуацию. Если бы я не открыл дверь, они бы ждали до утра, а потом приступили к выбиванию старой двери и окон. Я действительно не возражал, если бы пули попали в меня, но существовала вероятность, что они могли попасть в невинных слуг. То обстоятельство побудило меня открыть дверь. Я объяснил это слугам, которые затем подошли, и вышел к милиции. Их было двенадцать, начальник милиции и разные мужчины. Они сообщили мне, что они здесь, чтобы арестовать меня. Из документов следовало, кажется, что они были из «контрразведывательного бюро» и имели право арестовать любого, включая премьер-министра. Я не согласился с ними и сказал:

.

– Я муфтий (Крыма), и это моя резиденция. Без разрешения министра внутренних дел никто не имеет права меня арестовать. Если кто-то будет пытаться арестовать меня, я готов сделать все, что в моей власти, чтобы противостоять этому аресту. Я решительно протестую, и буду протестовать против этого. Я знаю, что вы из официального ведомства Временного правительства, но я не пойду добровольно. Вам придется применить грубую силу!..

.

Тогда вооруженные штыками мужчины насильно вывели меня из дома. Я опротестовал их действия, заявив, что не считаю себя узником. Я повторил свое заявление в Акъяр (Севастополе). Требуя от них признать мой статус не-заключенного, я пытался доказать, что Муфтият не подвластен контрразведывательному бюро...».

.

Вместе с Челебиджиханом был арестован и отвезен в Севастополь и командир созданного крымскотатарского батальона – прапорщик Шабаров.

.

Ответом на действия власти стал взрыв недовольства среди крымских татар от гневных телеграмм с мест и непрерывных совещаний общественных организаций до собраний у севастопольской тюрьмы решительно настроенных солдат-крымцев. Озадаченная власть запрещает митинги и собрания до середины августа.

.

Впрочем, на следующий день Челебиджихана и Шабарова отпустили, а контрразведка признала, что арестовала обоих безосновательно. В Севастополе и Симферополе муфтия ждали горячие поздравления – в один момент он прослыл невинной жертвой власти, что существенно повысило его авторитет среди населения полуострова.

.

Во второй половине сентября 1917 года в Киеве проходил Съезд народов, среди делегатов которого были шесть крымских татар во главе с Номаном Челебиджиханом. Один из них, Амет Озенбашлы, отмечал: «Пусть знают все, что крымские татары не позволят никому установить какую-либо гегемонию на Крымском полуострове. И на этот раз крымские татары уже не оставят свой край без защиты своих прав и обретенной свободы».

.

После съезда, вполне удовлетворившись его резолюциями о будущем федеративном устройстве России, крымскотатарские делегаты в кулуарах обсуждали вопрос о статусе Крыма. В середине октября Челебиджихан так описывал этот процесс:

«Пункт о форме правления в нашей стране... требует такой формы правления, при которой была бы гарантирована наша самостоятельность как нации, конечно, за исключением вопросов внешней политики и военного... Комитет наш нашел такое устройство (автономия – авт.) в Украине вполне подходящим нашим интересам.

.

Но перед нами встает новый вопрос: о границах. Мы нашли необходимым спросить у (Центральной) Рады: «входит ли Крымский полуостров в пределы вашей территориальной автономии?»... После десятидневного обсуждения на этом съезде народов, между прочим, была вынесена резолюция о том, что Крым принадлежит крымцам. На это я смотрю как на наш тактический успех, с чем они нас и поздравили, заявив: «можете управлять Крымом так, как вам заблагорассудится».

.

Именно тогда, под влиянием украинского автономистского движения, делегаты приняли решение созвать Курултай для определения будущего Крыма.

.

Большевистский переворот Челебидихан воспринял настороженно, отделяя в своих речах крымских партийцев от петроградских, но сделать из коммунистов своих союзников ему не удалось. Поняв бесперспективность курса на автономию в составе демократической России, Номан активно включился в создание независимого государства.

.

9 декабря (26 ноября по старому стилю), через месяц после падения Временного правительства, в ханском дворце в Бахчисарае открылся первый в новейшей истории Курултай крымских татар. Челебиджихан был избран в Президиум. Его речи задавали общий тон крымским дискуссиям. В начале статьи одна из них уже была процитирована, вот фрагмент из еще одной:

.

«На Крымском полуострове есть разных цветов и оттенков много прекрасных роз и цветов. Каждая из этих роз и цветов имеет особую свою красоту и присущий ей приятный аромат. Задача Курултая собрать все эти замечательные цветы в один букет. Татарский Курултай подразумевает не одних только татар, его взгляды обращены и к другим народностям, что на протяжении веков живут с татарами дружественной братской жизнью... татарский народ признавал, признает, и всегда будет признавать права каждой национальности. Татарский Курултай наравне с надеждами и идеями татар будет уважать также идеи и надежды других народностей, живущих с ними в Крыму. Курултай будет приглашать эти народности к совместной работе и усилиям для достижения общих для всех благ».

.

Курултай заседал 18 дней и смог «принять такие законы, каких... не постеснялись бы и наиболее культурные народы Европы». В последний день работы 26 (13) декабря была провозглашена Крымская Народная Республика, утверждена ее Конституция и избрана Директория – национальное правительство. Председателем правительства и директором юстиции Республики стал именно Челебиджихан. «Президент Крыма», как его называла тогдашняя пресса, в день избрания был одет, как, впрочем, и всегда, в темно-синий костюм европейского покроя и традиционную крымскотатарскую черную шапку.

.

Народная мечта и мечта лично Номана о возрождении крымской государственности, наконец-то, осуществилась, но долго просуществовать молодой демократии на полуострове не удалось.

.

Мученический венец

.

29 (16) декабря в Севастополе образуется временный Военно-революционный комитет – чрезвычайный орган «красной власти» в городе. В Крыму с тех пор формально существовали три политических центра: Совет Народных Представителей, оставшейся со времен Временного правительства, Директория Крымской Народной Республики и Военно-революционный комитет, реально же установилось двоевластие. Объединенные в Крымский штаб силы РНП и Директории под руководством Сейдамета противостояли Черноморскому флоту, направленному Военно-революционным комитетом. Большевики превосходили своих противников минимум в семь раз.

.

Понимая это и будучи от природы противником насилия, Челебиджихан растерялся. Он собирался провести в Крыму выборы в Учредительное собрание, которые и определило бы будущее полуострова, но судьба решила иначе. Под давлением горячих сторонников войны с красными, поссорившись с другом и соратником Сейдаметом, Номан 17 (4) января 1918 года покинул свой пост Председателя Директории, сохранив титул муфтия.

.

Большевик (уже тогда оппонент, но еще не враг) Измаил Фирдевс посетил Челебиджихана. «Я застал его в полном состоянии медитации, отсутствия воли... Я убедился, сказал он, что большевики и движения за Советскую власть представляют такую силу, которую никаким оружием нельзя покорить».

.

21-23 (8-10) января по предложению Челебиджихана Курултай совершил последнюю попытку решить спор с большевиками компромиссом. Номан предложил создать для управления Крымом специальный орган, который включал бы по 10 представителей от РНП, Курултая и большевиков, но было поздно. В течение января отряды матросов и анархистов при поддержке местных рабочих захватили большинство крымских городов, раз за разом побеждая отряды Директории.

.

26 (13) января красногвардейцы захватили Симферополь. На следующий день был арестован и Челебиджихан. По «традиции» его перевезли в Севастополь, где держали в течение месяца. Сначала его посадили в общую камеру № 5, но уже через день перевели в отдельную камеру № 26. Там с Номаном имел частную беседу Юрий Гавен – председатель севастопольского ревкома. Содержание ее для нас навсегда останется тайной.

.

В два часа ночи 23 февраля 1918 года группа матросов ворвалась в тюрьму и потребовала выдачи задержанных. Тюремный комиссар по телефону получил указание Севастопольского совета выдавать всех, кто указан в матросских списках. Среди первой пятерки был и Челебиджихан.

.

«Им связали руки... Завязали матросы и рабочие плотницких мастерских севастопольского порта. Их повели... Никто из обреченных не просил пощады у своих палачей... По дороге к месту убийства в Карантинной балке... убийцы пытали своих жертв... били прикладами и кулаками, Синицу кололи штыками и били прикладами и глумились над всеми. Их расстреляли в упор и уже мертвых били прикладами и камнями по головам. С убитых сняли верхнее платье, ботинки, кольца, кошельки».

.

Растерзанное тело муфтия вместе с другими бросили в автомобиль и отвезли к Графской пристани. Там убитых грузили на баржи, отвозили подальше от берега и, привязав камни, бросали в море. Лишь немногим родственникам позже удалось отыскать останки тел своих близких.

.

Так погиб известный политик, великий реформатор и гениальный оратор Номан Челебиджихан, а вместе с ним под водами Черного моря на долгие десятилетия была похоронена идея демократии и республиканизма в Крыму. В 1944 году жертвой коммунистического тоталитарного режима едва не пал и целый крымскотатарский народ. Но как говорил сам муфтий и поэт, «они могут подвергнуть огню весь наш край и разрушить все наше имущество, но им не удастся уничтожить веру крымчан».

.

Сергей Громенко, крымский историк, сотрудник Украинского института национальной памяти

ВСЕ НОВОСТИ

При полном или частичном использовании материалов ссылка на www.muslim-info.com обязательна.
Администрация и редакция сайта за содержание статей и высказывания пользователей на Форуме и Гостевой книге сайта, ответственности не несет.